|
Глава первая. Папоротники. район оврага
В сиреневом объеме леса умирала ночь. При свете самой большой звезды туман ползком проникал за каждое дерево. У берез показался узор, и наблюдатель мог убедиться, что он черный. Восходящее количество света из-за горизонта меняло очертания предметов. Был момент, когда огромное лицо загородило весь передний план. Глазищи медленно ходили по сторонам, словно что-то искали, но только мигали с такой яркостью, что на ближних стволах появлялись белые полоски рефлекса. Лицо Хальялы было беззвучным и оттого страшным. Больше существовать в таком месте и таком виде она не могла. Утро делало свое дело. Быстро утратив величину, Хальяла обернулась птицей и полетела за горизонт, ломая крыльями неосторожные сучки. В исчезающем крике содержалось гулкое бормотание ночи. Даже следа не осталось от полета совы. Юное солнце защипало лучами кусты, хотя они не просили. Однако, высокие яруса, напротив, запрокинули головы и стали вдыхать зрелище возникновения света. Утро бросило клич сначала на север и юг, затем на запад и восток. И только после этого небо озарилось голубым оттенком. Стадо лесных овец проползало мимо, и каждая особь старательно огибала деревья. Нет, овцы летели беззвучно, ибо являлись облаками. С чем сравнить их чистоту?.. А внизу, в овраге, папоротники образовали свое море. Разгребая их по сторонам, тронул рукой – и ощутил холодную поверхность. «У каждого доброго человека должен быть свой кристалл. Ради него стоит жить. Но он очень хрупок, он может быть раздавлен или просто потерян. Человек обязан его сохранить», – было написано на камне.
|
