Актуальная литература, поэзия, проза, новости культуры,| Тайнинка.ру

Homepage | Рассказы
Рассказы
100 эпизодов частной жизни
Автор: Дмитрий Данилов   
28.07.2009 11:35
1. Однажды я вошел в двенадцатиэтажный дом и поднялся на второй этаж.
2. Однажды я очень долго говорил по телефону.
3. Однажды я не спеша шел по 2-й Тверской-Ямской улице.
4. Однажды я сел в автобус и проехал на нем определенное расстояние.
5. Однажды я расстался с одним человеком и больше никогда его не видел.
6. Однажды я с интересом читал одну интересную книгу.
7. Однажды я выключил компьютер и лег спать.
8. Однажды я сильно устал и лег спать.
9. Однажды я сильно устал и просто присел на стул.
10. Однажды я много работал и сильно устал.
 
Нина Ивановна
Автор: Дмитрий Данилов   
28.07.2009 11:25
Вышли к обрыву и стали осторожно спускаться по узкой тропинке. Мелентьев впереди, Ахметзянов сзади.
С высоты был хорошо виден поселок Датово – скопление бараков, деревянных домиков и сараев, увенчанное водонапорной башней. Над зеленоватым зданием администрации нехотя болтался на слабом ветру трехцветный флаг. Подальше, за поселком – извивающаяся речка, которая за сотни, тысячи лет своей упрямо-бессмысленной деятельности образовала огромную долину, по склону которой теперь осторожно спускались Мелентьев и Ахметзянов.
Там, в неровных закоулках, в толще бараков и сарайчиков, находилась Нина Ивановна. Собственно, она-то им и была нужна.
Тропинка стала пологой, и бараки приблизились. Мелентьев и Ахметзянов остановились покурить.
– Слушай, может, не сегодня, а?..
– Опять начинается. Договорились ведь. Что ты опять начинаешь? Боишься, что ли?
– Да я не боюсь… Просто… Холодов бы дождаться. По холоду-то оно легче бы было бы…
– Я же тебе сто раз уже объяснял: откладывать уже нельзя. Мы Павлу Иннокентьевичу еще в мае обещали. В мае сам знаешь, почему не получилось, июнь тоже весь у нас пропал. Дальше уж некуда. Мы ведь не в игрушки играем.
– Да я понимаю…
– Что, проблем тебе мало? Иннокентьич – мужик серьезный, цацкаться не будет.
– Ну да, вообще-то…
– Боишься – так бы и сказал, я ведь спрашивал. Я бы и один все сделал.
– Да не, все нормально.
– По холоду-то оно да, легче гораздо, кто ж спорит. Но это сколько еще ждать. Иннокентьич нас порешит.
– Ну, понятно.
– Слушай, вспомнил. Ты переходник-то взял?
– Взял, взял. Нормально все.
– Слава Богу. Ладно, пошли.
 
Более пожилой человек
Автор: Вадим Калинин   
28.07.2009 11:19
Паспорт взял.

Взял.

А выписку.

Взял, взял.

А свидетельство.

Да взял, взял.

Одновременное появление в коридоре более пожилого человека и более молодого человека.

Нестерпимый желтый утренний зимний свет лампочки под потолком.

Грязносветлоголубые обои.

Сумка (такие раньше называли «авоськами»), поставленная более пожилым человеком к стене. Потеря сумкой формы и устойчивости, сползание сумки вдоль стены, выкатывание из сумки бесформенного предмета, неряшливо завернутого непонятно во что. Восстановление более пожилым человеком формы и устойчивости сумки, запихивание в сумку неряшливо упакованного бесформенного предмета.

Переминание с ноги на ногу более молодого человека. Опухшесть лица, общая нечеткость, расплывчатость облика более молодого человека.

Ну чего, пошли.

Пошли.
 
Вечное возвращение
Автор: Дмитрий Данилов   
28.07.2009 11:14

Хватит уж работать-то. Сколько работу не работай, а всю все равно не переработаешь. Работа – она не волк, дураков любит, в лес не убежит.

И вот все они одновременно закончили работу.

Потому что сколько можно-то.

Сохраняют несохраненные документы. Закрывают сохраненные документы. Закрывают открытые окна программ интернет эксплорер, майкрософт ворд, майкрософт эксель, майкрософт пауэр пойнт, майкрософт эксесс, майкрософт аутлук, майкрософт проджект, впрочем, не всегда дело ограничивается программами майкрософт, бывает, у кого-то открыт фотошоп, корел или, там, иллюстратор, или дримвивер, в общем, они это все закрывают, закрывают.

Выключают компьютеры при помощи кнопки пуск, находящейся в левом нижнем углу экрана. Или не выключают, так оставляют. В некоторых компаниях так делают – вообще никогда компьютеры не выключают, и они работают непрерывно, годами, вечно.

 
Дом на севере Москвы
Автор: Дмитрий Данилов   
28.07.2009 10:53
Дом во Владыкино, там, где пересекаются Савеловская и Окружная железные дороги и где много одинаковых угрюмых красных гостиниц.
Огромный сталинский дом, очень высокий, по высоте – примерно как известный дом в начале Варшавского шоссе или на берегу Яузы рядом с метро «Электрозаводская».
Дом занимает целый квартал. Фактически, это несколько примерно одинаковых домов, расположенных по периметру квартала и соединенных переходами. Но переходы весьма капитальные, и получается один гигантский дом.
Бледно-желтые стены. С улицы во внутренний двор (почти бескрайний) ведет парадный вход, помпезный, с колоннами, высотой этажа до пятого. Дом облезлый, обветшавший. От стен и колонн во многих местах отвалилась штукатурка.
 
Митино, Сходненская
Автор: Дмитрий Данилов   
28.07.2009 11:27
Трудность вот в чем заключается. Трудность в том, что сегодня придется надеть другую куртку, нежели вчера. Вчера был еще мороз, а сегодня резкая оттепель. И надо надеть другую куртку, не такую теплую, как та, которую надевал вчера, менее теплую.

И надо из той куртки, более теплой, переложить в эту все мелкие предметы из карманов. И ничего не забыть, потому что обязательно что-нибудь в таких случаях забывается.

Так, паспорт. Паспорт взял. Вот он, лежит во внутреннем кармане менее теплой куртки.

Хорошо. Паспорт – это главное.

Ключи. Вот, переложил. Ключи на месте.

Впрочем, ключи забыть довольно трудно, потому что надо при выходе из квартиры закрывать входную дверь, хотя и возможно.

Деньги. Осталось девяносто рублей. И еще два дня. Сегодня и завтра. Ладно, на дорогу хватит. Есть еще проездной на метро. Нормально, хватит.

Мелочь еще надо переложить. Мелочи четырнадцать рублей. Нормально. Переложил мелочь.

Телефон.
 
Они разговаривают
Автор: Дмитрий Данилов   
28.07.2009 11:22
Поезд едет, и за окном проносятся объекты и события. Вот некоторые из них.
Огромная груда битого кирпича пополам с мусором, очень большая. Даже не груда, а просто поверхность земли, усеянная битым кирпичом и мусором. Посреди этого пространства стоят два автомобиля – старенький «москвич» и замызганный, убогий «уазик». Видно, что машины, что называется, «на ходу», что они приехали сюда своим ходом и способны самостоятельно отсюда уехать. Значит, эти машины вместе с управляющими ими людьми приехали сюда специально, с каким-то умыслом, на эту огромную кучу битого кирпича и беспорядочного, мелкого мусора. Двери машин открыты. В машинах сидят люди и разговаривают.
 
Праздник труда в Троицке
Автор: Дмитрий Данилов   
28.07.2009 11:16

Дородные, осанистые бабы в кокошниках тяжело поворачиваются из стороны в сторону под народную музыку. Выражение лиц у баб торжествующее. Потом величаво переходят с места на место, меняя свое расположение на сцене, как волейбольная команда при переходе подачи, и снова торжествующе поворачиваются из стороны в сторону.

Это называется «ансамбль народного танца».

Паренек сидит на корточках перед пресмыкающимися по земле проводами. Поднимает с земли один провод, присоединяет к нему другой, потом разъединяет. Берет другой провод, присоединяет к нему другой провод. И опять разъединяет.

Девушка с листком бумаги в руке неподвижно стоит у края сцены, на которой изображают народный танец важные тяжелые бабы в кокошниках. Девушка смотрит на стоящий в отдалении серый девятиэтажный дом.

 
Встреча
Автор: Дмитрий Данилов   
28.07.2009 11:11
Николай Степанович стоит у окна и смотрит в окно. В окно виден дом, кусок другого дома, кусок улицы.

По куску улицы, который виден из окна Николая Степановича, идет человек и едет машина.

Хлипкое, почти несуществующее дерево мотается на ветру рядом с домом, который виден из окна Николая Степановича.

Николай Степанович смотрит в окно, дотрагивается до своего носа, чешет живот, чешет подбородок, нащупывает на подбородке прыщик, пытается его выдавить, смотрит на пальцы, не осталось ли на них следов содержимого прыщика. Осталось.

Николаю Степановичу предстоит очень неприятная встреча, и вот он мается, мается.

Не хочется идти, как же не хочется идти. Но надо. И Николай Степанович пойдет.

«Блин», – тихо произносит Николай Степанович, обозначая досаду.

Объяснять, мучительно придумывать причины. Уважительные причины. Форс-мажорные обстоятельства. Причин-то, по сути, нет. Вернее, есть. Это тупость, лень, идиотизм Николая Степановича, его неспособность и нежелание совершить последовательность простых и легких действий.

Необходимость совершения действий вызывает у Николая Степановича легкое подташнивание.

«Блин», – тихо произносит Николай Степанович и задумчиво-беспомощно оглядывается по сторонам.
 


 
Сайт разработан дизайн группой "VAKS"