Актуальная литература, поэзия, проза, новости культуры,| Тайнинка.ру

Cердце электрика
Автор: Андрей Емельянов   
27.08.2009 13:23

Действующие лица:
Михалыч — старый электрик;
Лёнька — молодой электрик;
Хозяин квартиры.

Л ё н ь к а: Пришли, Михалыч. Вроде здесь. Стучать?
М и х а л ы ч: Да погоди немного. Постоим, покурим. Куда спешить-то, прежде чем начать, поговорить с тобой хотел я по душам.
Л ё н ь к а: Поговорить? О чём? Сказать, что я премного удивлен, так — нет, но все же странно как-то. Ночью, полвторого... Случилось что-то?
М и х а л ы ч: Вот именно. Хотел спросить тебя я — растерянный какой-то ходишь, как будто сам не свой. Всё смотришь под ноги, как будто тщетно ищешь, но так и не находишь. Ты что-то потерял?
Л ё н ь к а: (закуривает) Покой я потерял, Михалыч. Такое ощущение, что сердце вырвали. Да что там говорить, давай займемся делом.
М и х а л ы ч: Да погоди ты, право слово, куда торопишься? Сказали им (кивает на дверь), заявок слишком много, аварий в городе не счесть, не ждите слишком рано. Сказали? Вот и не будем торопиться, пусть посидят без света. А то привыкли все, воспринимают должным чудо. И свет ведь не поможет, когда в душе темно. Согласен?
Л ё н ь к а: Так, Михалыч, верно.

Стоят. Курят.


М и х а л ы ч: И всё же, расскажи, что разум твой задело, чем чувства ранил ты?
Л ё н ь к а: Да как тебе сказать... Ты знаешь ведь, женился я недавно. Полгода как мгновенье пролетело, и Светка ждет теперь ребенка…
М и х а л ы ч: Да ты что? Позволь поздравить...
Л ё н ь к а: Полноте, Михалыч, какие поздравленья могут быть? Жена не спит ночами, ждет, пока приду со смены, в окно глядит. Дверь открывает, а на ней не вижу я лица. Лишь маска бледная, подобие улыбки.
М и х а л ы ч: Да, Лёнька, зыбко наше счастье, зыбко... Но так устроен человек. Не знаю, может это божья шутка, и если так, то злая, несомненно. У каждого из нас, поверь мне, непременно, есть несколько причин для травли сердца своего. Работа, дом — два счастья человека, но не всегда возможно выбрать то, к чему ты изначально предназначен. А если совместил, то это, брат, удача. Но редкая, увы.
Л ё н ь к а: Не знаю я, как долго буду мучить себя и Светку, милую мою Светлану. Боюсь, приду однажды и застану в квартире только эхо, тени на стене... Записку на столе боюсь найти, Михалыч. Ты понимаешь?
М и х а л ы ч: Понимаю. Даже больше, чем можешь ты себе представить, понимаю... Ну ладно, сменим тему. Я слышал, завтра ты на восемнадцатый объект уедешь вахтой?
Л ё н ь к а: Да, трое суток. Мне говорили, что там, в общем-то, несладко, но я работы не боюсь, однако, и если надо, то в лепешку разобьюсь, но сделаю как надо, в срок.
М и х а л ы ч: Да дело там не в этом, Лёнька. Начальника объекта знаешь? Так вот, он человек тяжелый очень, с характером подлей, чем у змеи. Особенно не любит новичков. Не слышал раньше про Семёна? Два года как случилось... Тот табуретку примостил у стенки, и вроде что-то там с проводкой делал, не знаю точно, слухи, слухи... Увлекся человек работой, насвистывать себе под нос тихонько стал какой-то шлягер, а мимо в это время начальник проходил. Рассвирепел, схватил Семёна и выбросил в окно, с седьмого этажа. Внизу теплица, к счастью. Семён упал, тепличная рассада не допустила травм, не совместимых с жизнью. Но потерял Семён дар речи. Молчит с тех пор и только плачет.
Л ё н ь к а: За что же так его? Решительно не понимаю...
М и х а л ы ч: Мне говорили по секрету, что та мелодия оставила какой-то след в душе начальника, мол, был он в ту певичку без ума влюблен. Так говорят. Не знаю точно сам. Ты вот что, Лёнька, от греха подальше, не вздумай там свистеть, иль напевать. А то я по тебе скучать здесь буду и иногда с печалью вспоминать (смеется, хлопает Лёньку по плечу). Шучу, шучу, ты ничего не бойся, всё будет так как дОлжно быть.
Л ё н ь к а: А ты уходишь скоро?
М и х а л ы ч: Скоро, Лёнька, скоро. Три месяца и пенсия моя. Эх, заживу... Рыбалка, в гараже «Москвич», ну чем не жизнь? А по субботам банька. Ну ладно, нечего мечтать, стучи, пусть выйдет к нам хозяйка, в прозрачном пеньюаре (подмигивает)

Лёнька стучит в дверь, через несколько секунд её открывает заспанный человек в майке и трусах. Щурится от яркого света.

М и х а л ы ч: Хозяин, вызывали? Из «Горэнерго» мы.
Х о з я и н: Да, вызывал, но разве вас дождешься, уж спать легли.
М и х а л ы ч: Пойми, чудак ты человек, таких как ты у нас — полмиллиона. Сегодня в третьем и седьмом микрорайонах во многих окнах гаснет свет. Давай-ка глянем в щит. А ну-ка, Лёнька, открывай... (дверцы щитка противно скрипят)
Л ё н ь к а: Тут в паутине всё. Сейчас смахну. Та-а-ак... Фаза, ноль... А здесь? Порядок. Михалыч, дай отвертку, я автоматы посмотрю.
М и х а л ы ч: Посветить не надо?
Л ё н ь к а: Да нет, нормально всё... (внезапно севшим голосом) Михалыч...
(Михалыч и хозяин, одновременно): Что там?
Л ё н ь к а: Михалыч... Сердце.
М и х а л ы ч: Да не может быть такого... Давай, достань, посмотрим вместе.

Лёнька из глубины щитка достает тускло светящуюся банку.

М и х а л ы ч: Ну-ка? Странно... Хозяин, сколько дому лет?
Х о з я и н: Лет двадцать, двадцать пять, навряд ли больше.
М и х а л ы ч: Ну что же... Бывает и такое. Тянем жребий?
Л ё н ь к а: Тянем.
М и х а л ы ч: Вот спички. Кому короткая достанется, тот донор. Так?
Л ё н ь к а: Так. (дрожащими руками вытягивает спичку) Глупо как-то. Снимает куртку. Где пила, Михалыч?
М и х а л ы ч: В сумке, как обычно. Ты погоди, постой, иди сюда, поговорим.
Л ё н ь к а: Чего там говорить, Михалыч, давай приступим к делу.
М и х а л ы ч: Да подожди, салага. «К делу... Чего там говорить...», а ну-ка хватит истерить.
(оттаскивает Лёньку к противоположной стене площадки) Послушай, Лёнька, прекрати геройство...
Л ё н ь к а: Геройство? Честный жребий всё решил, пожалуй не о чем и спорить даже. Судьба.
М и х а л ы ч: Судьба... Дурак ты. Да, дурак. Ужель не знаешь ты, что жизнь дана нам для того, чтоб выбрать путь? Вот ты сейчас стоишь на перекрестке важном, ты выбор должен сделать, так как я когда-то сделал свой. Теперь мне смерть страшна не более чем дождик, весной который поливает детвору. И радуются дети, прыгают по лужам, асфальт парит от сладкого тепла. И понял я, прекрасна жизнь, поэтому не страшно умереть. Мне жизнь моя что можно отдала.
Л ё н ь к а: Какой же выбор у тебя, Михалыч, был?
М и х а л ы ч: Работа. Нести вот этим глупым людям свет. Они не кажут носа из нор своих уютных и пропахших ленью. И скука овладела миром этим, но им светло, а большего не надо мне.
Л ё н ь к а: А дом? Семья?
М и х а л ы ч: Наверно сын, такой же как и ты. Уже своя семья, наверно. Может внуки... Не важно всё, не нужно всё. Давай начнем!
Л ё н ь к а: (достаёт из сумки анатомическую пилу) Михалыч...
М и х а л ы ч: (снимая куртку, расстегивая рубашку) Не говори, не надо. Сделай быстро, так как учили на подкурсах. Начни от горла, будет легче мне (ложится на пол).
Л ё н ь к а: (склоняясь над ним, начинает работать пилой) Ну а рыбалка? Твой «москвич», который в гараже?
М и х а л ы ч: (хрипит) Ничуть. Не жалко. Мне... Пустяк. А звали её — Люба. Любовь, да… Хороша, голуба, такое тело, голос... Помню — ивы, лодка, луна запуталась в прибрежной тине, пугает карасей, лягушек хор... Красиво, черт возьми... Кра-си...

Лёнька поднимается с бьющимся сердцем в руке, кладет его в банку. Отворачивается от яркого света.

Л ё н ь к а: Вот, хозяин, еще немного... (ставит банку на место в щиток) Горит ли свет, проверьте.
Х о з я и н: (тихим голосом) Горит... Я сколько должен?
Л ё н ь к а: Ну что вы, что вы, нет и речи. Работа. Да, такая вот работа... Вы только помогите мне в машину тело отнести и сразу возвращайтесь в дом. К теплу и свету...

Они поднимают Михалыча за руки и за ноги, и уносят со сцены.


ЗАНАВЕС

 

У Вас недостаточно прав для комментирования этого материала

 
Сайт разработан дизайн группой "VAKS"